Приветствую Вас Гость!
Четверг, 21.06.2018, 07:20
Главная | Регистрация | Вход | RSS

Меню сайта

Архив записей

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Вход на сайт

Члены Ассоциации

Поиск

Календарь

«  Июнь 2018  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930

Лепский =продолжение

Политический PR в России

В условиях, когда значительная часть населения оказалась в "пассивной" позиции по отношению к своей роли носителя суверенитета и источника власти, создаются благоприятные возможности для осуществления различного рода манипуляций по управлению свободным волеизъявлением народа. Широко используются психотехнологии с целью превращения человека (группы) из субъекта жизнедеятельности в объект манипуляций в интересах отдельных лиц и организаций. В частности, действенные механизмы разрушения субъектности граждан России связаны с политическим PR, СМИ, влиянием "черной культуры", несоответствием системы образования актуальным проблемам социальных преобразований России, деятельностью культовых организаций, неадекватной ролью интеллигенции.

Наиболее общие и инвариантные механизмы разрушения субъектности граждан связаны с воздействиями на рефлексивные структуры сознания. Мощнейшим инструментом разрушения субъектности является блокировка рефлексии. Рассмотрим примеры такого рода механизмов, способствующих разрушению субъектности граждан.

Политический PR является ярким примером массового использования механизмов разрушения субъектности граждан России. Оказывать воздействия на свободное волеизъявление граждан можно различными способами. Что касается психологических воздействий, то базовым критерием "чистоты" этих воздействий, а, соответственно, и "чистоты" избирательных технологий в целом может выступить их ориентация на один из двух способов существования человека как субъекта жизнедеятельности (рефлексивный и реактивный) [19] и использование этой ориентации при выборе или конструировании конкретных избирательных технологий [12].

Ориентация на стимулирование, поддержку и использование "реактивного" способа жизнедеятельности граждан в избирательных технологиях определяется, прежде всего, намерениями организаторов управлять поведением избирателей, управлять их выбором. Основные методы, как правило, базируются на формировании "щелевого" сознания, различного рода манипулятивных воздействиях, в том числе на широком использовании воздействий на эмоциональную сферу, провокациях импульсивных действий и др.

Ориентация на стимулирование, поддержку и использование "рефлексивного" способа жизнедеятельности граждан определяется, прежде всего, намерениями организаторов сформировать представление избирателей о целях, программах, механизмах их реализации, последствиях для различных типов субъектов, в том числе и для избирателя. Главная задача этого способа – помочь в осуществлении сравнительного анализа альтернативных предложений, способствовать повышению "избирательной культуры" граждан и т. п. Основные методы базируются на убеждении, на расширении "сферы сознания", на осознании персональной ответственности, на поддержке осознанного свободного волеизъявления. Такая ориентация организаторов избирательных кампаний создает предпосылки для использования психологически корректных избирательных технологий. Однако нужно конструктивное движение к созданию систем детализированных (частных) критериев и принципов построения психологически корректных избирательных технологий, ориентированных на построение гражданского общества.

Такое общество в России находится в зачаточном состоянии. Практически отсутствует контроль со стороны общества над государством, финансовыми олигархами и различными типами корпоративных группировок, активно действующих в социально-политической сфере.

Крупномасштабные избирательные кампании фактически представляют собой поле борьбы за власть упомянутых корпоративных структур. Избирательные кампании – это их скрытая информационно-психологическая война, в которой "безоружным" участником оказываются россияне. Точнее, не участником, а ресурсом, ради установления контроля над которым организуются баталии с широким включением СМИ и интернета. Баталии осуществляются на основе этики корпоративных структур, с вытеснением других этических систем, прежде всего, за счет подкупа, силовых воздействий и различного рода манипуляций.

Вследствие этого в рамках гражданского общества политический PR в России может быть охарактеризован в целом как явление асоциальное, поскольку здесь он не имеет собственной гражданской позиции, не является субъектом социального развития общества. Политический PR в России является инструментом в руках тех, кто имеет деньги. Поведение PR-агентов, как правило, регулируется либо на основе этики заказчика ("кто платит, тот и заказывает музыку"), либо на основе набора технологий с использованием принципа "цель оправдывает средства".

Главная болезнь политического PR в России – его бездуховность и технологоцентричность. Последствия этой болезни проявляются в разрушении субъектности граждан и государства.

Сегодня в России наметились тенденции к сокращению финансирования политического PR. Сложившиеся команды пиарщиков, привыкшие к большим деньгам, ищут новые сферы приложений. Учитывая их деструктивные для гражданского общества функции, следует предельно сузить эти сферы.

Культовые организации

Можно с уверенностью сказать, что любая область человеческой деятельности – религия, педагогика и просвещение, политика, досуг и хобби, психотерапия, производство и бизнес и т. д. – дает свои образцы культовых групп или движений.

Сущность механизмов разрушения субъектности граждан, реализуемых в деятельности культовых организаций, удается вскрыть через анализ рефлексивных процессов, используемых ими для воздействия на психику граждан.

С учетом двух способов существования человека как субъекта жизни (рефлексивный и реактивный), рассмотрим два крайних, с точки зрения блага и зла для общества, варианта организации перехода человека на новую форму жизнедеятельности. При этом будем исходить из того, что в этих процессах активно участвуют лица, содействующие (управляющие) переходом конкретного человека на новую форму жизнедеятельности.

Вариант 1. "Схема развития". В общих чертах включает следующие процедуры:


При использовании "схемы развития" человек является подлинным субъектом развития своей жизнедеятельности, кроме того, он и сам развивается, ибо процедура актуализации рефлексии либо провоцирует переход с реактивного способа жизнедеятельности на рефлексивный, либо закрепляет рефлексивный способ жизнедеятельности, оснащая человека новыми средствами более эффективной работы. Можно утверждать, что "Схема развития" является благом для общества и максимально ориентирована на свободную развивающуюся личность.

Вариант 2. "Схема рефлексивного программирования". В общих чертах включает следующие процедуры:


Существенные различия в ориентации схем развития и рефлексивного программирования иллюстрируются в таблице 3.

 

Табл. 3. Принципиальные различия "Схемы развития" и "Схемы рефлексивного программирования".


При использовании "Схемы рефлексивного программирования" человек превращается в объект управления. Процедуры "Рефлексивной блокады", "Социальной изоляции" и "Рефлексивного программирования" способствуют закреплению "реактивного способа жизнедеятельности" и никоим образом не способствуют развитию личности. Эти процедуры явно ограничивает свободу личности. Можно утверждать, что "Схема рефлексивного программирования" является злом для общества и максимально ориентирована на превращение человека в робота.

Нами проведен анализ технологий воздействия на психику, используемых в тоталитарных религиозных сектах [8], где наиболее ярко проявляется действие по "Схеме рефлексивного программирования". Вскрытие механизмов "рефлексивной блокады", "социальной изоляции" и "рефлексивного программирования" позволяет по-новому сформулировать задачи правового регулирования деятельности культовых организаций, поставить новые задачи для системы образования, способствовать формированию индивидуальной защиты граждан от негативных психологических воздействий, способствовать повышению культуры работников СМИ.

Неадекватная роль интеллигенции

Наша интеллигенция обладает мощным интеллектуальным потенциалом, способна целостно воспринимать и анализировать любые хитросплетения сложнейших социальных систем и процессов. Она выполняла огромную роль в дореволюционный период, что позволяло соперничать с Западной Европой не только духовно-нравственно, но и культурно. Она умеет брать на себя роль лидера в обществе в кризисных ситуациях, как это было в 1991 году. Ныне интеллигенция утратила и не может обрести свою позицию.

Почему же сегодня интеллигенция находится не на переднем плане социальных преобразований России? Ответ на этот вопрос можно найти, анализируя наиболее распространенные точки зрения на роли интеллигенции в современных условиях [14]:


Интеллигенция не берет на себя функции социальной инженерии общества. В контексте рассматриваемой задачи, с учетом разрозненности и разобщенности интеллигенции более корректно говорить не об интеллигенции, а об элитах России. Тех элитах, которые смогут стать стратегическими субъектами и определить основу движения по формированию стратегической элиты России.

Успешность выполнения стратегической элитой миссии "пробуждения рефлексии общественного сознания" зависит не только от осознания ее важности и принятия самой миссии интеллигенцией. Успех принципиально зависит от осознания важности этой миссии высшим руководством страны, от организации конкретных шагов, направленных на создание адекватных социальных механизмов, в том числе механизмов нейтрализации противодействия со стороны субъектов, не заинтересованных в становлении субъектов гражданского общества в России.

5. Россия на пути к лидерству в создании новых гуманитарных технологий становления стратегических субъектов

За два года в России достигнуты определенные успехи в восстановлении субъектности государства нового века. Одна из главных опасностей, которая нас подстерегает, – дисбаланс в становлении различных типов субъектов общества (государство, различные типы социальных образований, элиты, граждане). Складывающийся перекос в сторону усиления субъектности государства по сравнению с другими элементами общества таит в себе скрытые источники угроз для развития России.

Выделим актуальные проблемы становления стратегических субъектов России [2]:


Проект Клуба стратегической элиты России

Россия располагает относительно небольшим ресурсом времени для продолжения поисков выхода из кризисного состояния. В этой связи нельзя рассчитывать на стихийное формирование механизмов развития. Необходимо срочно найти или сформировать субъектов, которые взяли бы на себя эти функции и смогли бы продуктивно их реализовать.

Оперативно можно это сделать только на основе российских элит, которые находятся в атрофированном состоянии. Тем не менее, данный шанс единственный и реализовать его нужно.

Речь идет о создании Клуба стратегической элиты России (деловой, политической, культурной), который сам должен стать стратегическим субъектом, а также создать критическую массу для формирования различных типов стратегических субъектов в России и мировом сообществе. Президентом Клуба стратегической элиты (КСЭ) России может быть только Президент страны. Технологии работы КСЭ должны опираться на мировой опыт создания структур подобного рода, а также учитывать современную ситуацию и предложенную модель стратегических субъектов.

Такой подход позволит осуществить консолидацию всех структур общества, решить проблему, которая сегодня в России кажется неразрешимой. Президент Российской Федерации, возглавив КСЭ, получит мощнейший механизм стратегического управления, при соответствующем использовании которого в качестве параллельного контура управления страной возможно в короткие сроки решить проблему борьбы с коррупцией и многие другие задачи.

В последние годы была предпринята попытка создания в регионах (а по большому счету – и в стране в целом) параллельных контуров управления на основе создания федеральных округов, однако конструктивная с позиций управления идея не была в достаточной степени эффективно реализована, поскольку "второй субъект" оказался так же, как и "первый", элементом государственной машины. К сожалению, не были использованы благоприятные условия для "выращивания" в рамках федеральных округов нового типа субъектов управления, что позволило бы сделать шаг к построению гражданского общества в России. Упущенные возможности еще можно реализовать на основе введения КСЭ в стратегические процессы управления.

Предлагаемая организационная схема сложна в реализации в силу потенциального противодействия со стороны коррумпированных элементов государственных структур, поэтому без непосредственного руководства со стороны Президента Российской Федерации она в принципе нереализуема.

Для реализации данного проекта потребуется создание новых высоких гуманитарных технологий организации совместной работы разного типа субъектов, в том числе с использованием новых информационных технологий. Идеи создания таких технологий нами проработаны, в частности, технологии проведения "Стратегических конгрессов". Эти разработки нужно положить в основу формирования новой "ниши" на мировом рынке высоких технологий.

Рефлексивный подход может быть использован как методологическая и методическая основа создания данного класса высоких гуманитарных технологий, организации междисциплинарных работ, направленных на стабилизацию и развитие мирового сообщества на основе установления взаимопонимания и доверия всех видов субъектов, использования новых механизмов согласования их интересов, интеграции при сохранении самобытности и автономности.

Сегодня Россия имеет шанс стать мировым лидером в области разработки и использования рефлексивных технологий по следующим направлениям:

1. Разработка рефлексивных технологий установления взаимопонимания и доверия различных типов субъектов мирового сообщества (государств, этносов, сообществ, граждан и др.).

2. Обоснование целей и задач стратегического управления и развития мирового сообщества с участием и учетом интересов разнообразных типов субъектов (государств, этносов, сообществ, граждан и др.).

3. Обеспечение защиты субъектов и отношений между субъектами (в частности, государствами) от скрытого вмешательства других субъектов ("рефлексивная блокада", "рефлексивное управление" и др.).

4. Разработка технологий "пробуждения" и поддержки рефлексии различных типов субъектов, в том числе граждан и населения планеты в целом, формирование рефлексивной культуры стратегических субъектов.

5. Разработка гуманитарных технологий информатизации общества (включая СМИ) на основе рефлексивного подхода.

6. Осуществление международной экспертизы (рефлексивного анализа) ситуаций, конфликтов, документов и др.

7. Координация международных работ в области разработки рефлексивных технологий.

Выход России из состояния "системной дезорганизации" связан с решением проблемы становления системы стратегических субъектов: общества в целом, государства, элит, различных сообществ, граждан. Сегодня в России имеются предпосылки для развертывания работы в этом направлении. Принципиально важно не допустить дисбаланса в становлении различных типов субъектов (государства, общественных образований, элит, граждан).

В итоге Россия, встав на путь формирования системы стратегических субъектов, может стать создателем новых форм жизнедеятельности на планете.

 

 

Литература

1. Окинавская хартия глобального информационного общества // Информационное общество. – 2000. – № 4. – С. 53–57.

2. Лепский В.Е. Глобальное информационное общество и информационная безопасность России: проблема становления стратегических субъектов: Материалы "круглого стола" /Москва, Институт Европы РАН, 21 марта 2001 г. – М.: ИЕ РАН, 2001. – С. 96–120.

3. Гуманитарная парадигма внешней политики России в XXI веке / В.Е. Лепский // Информационная безопасность и внешняя политика России в XXI веке: Сб. научн. тр. – М.: МИД РФ, 2001. – С.82–88.

4. Lefebvre V. Algebra of Conscience. Dordrecht / Boston/London.: Kluwer Academic Publ. – 2001.

5. Rapoport A. Reflexion, Modeling, and Ethics. / Wheeler, H. (Ed.): The Structure of Human Reflexion. // New York: Peter Lang, 1990.

6. Почему они нас ненавидят? / А. Байер // Ведомости, 5 ноября 2001.

7. Саморазвивающиеся системы и перспективы техногенной цивилизации / В.С. Степин // Синергетическая парадигма. Многообразие поисков и подходов: Сб. научн. тр. – М.: Прогресс-Традиция, 2000. – С. 12–27.

8. Лефевр В.А. Конфликтующие структуры / В.А. Лефевр. – М.: Сов. Радио, 1973.– 154 с.

9. Parsons T. Social System. – Glencoe, 1952.

10. Проблемы обеспечения информационно-психологической безопасности России / Г.В. Емельянов, В.Е. Лепский, А.А. Стрельцов // Информационное общество. – 1999. – № 3. – С. 47–51.

11. Технократический подход к информатизации общества – источник угроз национальной безопасности России / В.Е. Лепский // Россия – XXI век: Материалы конф. / II Всероссийская научная конференция "Россия – XXI век". – М., 1999. – С. 143–147.

12. Информационно-психологическая безопасность избирательных кампаний – стратегия оздоровления общества / В.Е. Лепский // Информационно-психологическая безопасность избирательных кампаний: Сб. научн. тр. / Институт психологии РАН. – М., 1999. – С. 6–23.

13. Рефлексивный анализ политического PR в России: аспект построения гражданского общества / В.Е. Лепский // Рефлексивное управление: Материалы конф. / Международный симпозиум "Рефлексивное управление", М., 17–19 октября 2000 г. – М.: Изд-во "Институт психологии РАН", 2000. – С. 169–179.

14. Коллективный психотерапевт. Пробуждение рефлексии народа – основная задача российской интеллигенции / В.Е. Лепский // Независимая газета, 24 ноября 2000.

15. Нужен ли России Институт человека? / В.Е. Лепский // Независимая газета, 23 апреля 2002.

16. Рефлексивное управление в тоталитарных сектах / В.Е. Лепский, А.М. Степанов // Рефлексивное управление: Материалы конф. / Международный симпозиум "Рефлексивное управление", М., 17–19 октября 2000 г. – М.: Изд-во "Институт психологии РАН", 2000. – С. 51–60.

17. Брушлинский А.В. Проблемы психологии субъекта / А.В. Брушлинский. – М.: Институт психологии РАН, 1994. – 109 с.

18. Проблемы информационно-психологической безопасности / Под ред. А.В.Брушлинского и В.Е. Лепского. – М.: Институт психологии РАН, 1996. – 100 с.

19. Человек и мир / С. Л. Рубинштейн // Проблемы общей психологии: Сб. научн. тр. – М.: Педагогика, 1976. – С. 253–381.

 

Ссылки

* Более подробную информацию можно найти в статье "Становление стратегических субъектов: постановка проблемы" / В.Е. Лепский // Рефлексивные процессы и управление. – Т. 2. – 2002. – № 1. – С. 5-23, или на сайте по адресу: http://www.reflexion.ru

 


Лепский Владимир Евгеньевич - Генеральный директор Института рефлексивных процессов и управления, Главный редактор журнала "Рефлексивные процессы и управление", доктор психологических наук, профессор.